Удушье

А когда выяснилось, что на защитников не действуют ни тяжелые испытания, ни их уговоры и сказки, ни угрозы. Немцы применили последнее средство…

Вопрос о применении немцами химического оружия против осажденных открыт по сей день – советская сторона не выдвигала подобных обвинений после войны. Причем, какими именно отравляющими веществами травили советских воинов – не удалось установить до сих пор.

В 1986 году поисковики из Ростова нашли неиспользованную хорошо сохранившуюся немецкую газодымную шашку. Но даже в военной академии радиационной, химической и биологической защиты её не смогли идентифицировать – не значится нигде в немецких архивах такая маркировка. Похоже, было это что-то экспериментальное. Специалисты обнаружили в шашке признаки боевого отравляющего вещества фосгена. Впрочем, специалисты говорят, что и простыми дымовыми шашками в подобных условиях можно устроить филиал ада на земле.

Между тем немцы, загнав гарнизон Аджимушкая под землю, отнюдь не собирались пассивно ждать, пока он прекратит сопротивление. К 20 мая 1942 года в Керчь из Берлина прибыли самолеты, которые доставили секретное оружие для борьбы с непокорными советскими людьми и специальную команду СС. Этим оружием оказался новый газ, изобретенный фашистскими учеными. Газ находился в больших баллонах и гранатах особой конструкции, состав которых до сих пор не известен, но ясно, что в основе был хлор.

Сюда же пригнали под конвоем сотни советских военнопленных, захваченных под Керчью. На поверхности земли началась работа, смысл которой сначала был непонятен. Методично, один за другим, немцы стали заваливать камнями или взрывать входы в каменоломни.

В ночь с 24 на 25 мая у нескольких оставшихся незасыпанными входов в каменоломни немцы установили какие-то странные машины. С рассветом эти машины были пущены в ход, и тогда по подземным тоннелям и коридорам медленно стал распространяться едкий, пахнущий хлором дым, оставляющий на всем странный желтый осадок. Сначала он растекался легкими струйками по земле, проникая все дальше в глубь подземелий, потом уже клубился плотными желтыми облаками, поднимался выше и выше и заполнял все эти подземелья. И тогда люди, с замиранием сердца наблюдавшие, как прибывает зловещий дым, начали задыхаться. Дым был ядовитым.

Газовые атаки явились для аджимушкайцев полной неожиданностью. Оккупанты добились ожидаемого эффекта – 24 мая во время первой газовой атаки в каменоломнях возникла паника, и к жертвам от удушья прибавились задавленные в темных подземных галереях. Участник обороны В.С. Козьмин впоследствии писал: «Газ, пущенный немцами, застал меня в охранении входа… Я сидел на камне лицом к выходу, услышал сзади шум (гул), оглянувшись, увидел темную стену, двигавшуюся ко мне. Людей не было видно. Я не сразу сообразил, в чем дело, но когда первые клубы дыма накрыли меня, понял… Я упал за камень, закрыв нос пилоткой. В это время гул перерос в топот ног и тяжелое дыхание… К вечеру газ рассеялся».

Обломки радиостанции

Обломки радиостанции

Во время первой газовой атаки начальник радиостанции гарнизона Ф.Ф. Казначеев по приказу начальника гарнизона передал в эфир радиограмму: «Всем! Всем! Всем! Всем народам Советского Союза! Мы, защитники обороны Керчи, задыхаемся от газа, умираем, но в плен не сдаемся!».

Потери защитников от газовых атак были огромными. Все тоннели и коридоры оказались усеяны трупами задохнувшихся, задавленных, покончивших с собой людей. Этих трупов были тысячи. А другие тысячи людей во время газодымовой атаки вырвались наружу и попали в плен. Каменоломни сразу обезлюдели. Здесь осталось теперь около полутора тысяч человек, почти исключительно военных. После первой газовой атаки на территории только одного батальона, было поднято и похоронено 824 трупа. Воздух в каменоломнях был тяжелым, так как разлагались трупы погибших товарищей, похороненных тут же.

Атака в Малых каменоломнях не удалась – они находились глубже, и газ просто не опустился, не достал до людей.

Почти неделя понадобилась аджимушкайцам, чтобы восстановить боеспособность после газовых атак, похоронить погибших и найти средство, защищающее от газов.

С конца мая, весь июнь и часть июля газовые атаки немцев на каменоломни проводились беспрерывно. Полтора месяца изо дня в день работали нагнетательные машины, закачивая в каменоломни ядовитый дым. Их рабочий день начинался с немецкой пунктуальностью в 10 часов с перерывом на обед и заканчивался в 16.

Красноармейцы научились противостоять им: носили противогазы, хотя  противогазы не выдерживали непрерывных 8-часовых газовых атак.

Поэтому повсеместно в каменоломнях, начиная с 25 мая, начали строиться «газоубежища»: отгораживались толстыми каменными стенками тупиковые отсеки выработок, пазы между камнями забивали обрывки полотенец, остатками плащ-палаток и одежды. Эти укрытия оказались достаточно надежным средством защиты от газов для оставшихся под землей бойцов и в дальнейшем свели на нет эффективность использования химического оружия, применяемого фашистами. Лишь после того, как враг окончательно убедился, что гарнизон применился к этому и уже не несет потерь, немцы прекратили газодымовые атаки.

От газов и обвалов погибло не менее 10 тысяч человек. Часть людей в бессознательном состоянии попала в руки гитлеровцев. Но и эти варварские атаки не сломили волю оставшихся в живых защитников Аджимушкая. Конец мая и июнь они не давали покоя карателям.

О применении химического оружия информация есть в «Военном дневнике» начальника Генерального штаба сухопутных войск вермахта в 1938-1942 годах Франца Гальдера. Бесстрастная запись от 13 июня 1942 года: «Генерал Окснер. Доклад об участии химических войск в боях за Керчь. Отношение к боевым отравляющим веществам во вражеских державах. (Усиливающийся интерес.) Условия противохимической защиты на Волхове…»